Пределы протеста

Аватар пользователя Философское кафе
Систематизация и связи
Термины: 
Ссылка на философа, ученого, которому посвящена запись: 

Чтобы думать и писать об этике, нужно иметь в себе силу и смелость увидеть самого себя. А не все готовы пройти стадию зеркала еще раз. Ясно, однако, и то, что ни этика, ни философии вообще не нужны для того, чтобы думать или познавать себя. Обыденное сознание, путаясь в подштанниках естественной установки, вечно развязанных шнурках здравого смысла и других философских грехах, отлично подавляет, вытесняет, решает все экзистенциальные проблемы, которые только может вообразить изощренный в интеллектуальных баталиях ум. Решает самобытно, жестко и как-то наплевательски. Философы, конечно, не очень любят об этом думать. Как раз в то время, когда я обдумывал мысли, изложенные ниже, питерский коллега сообщил мне, что стоит, мол, вводить философию в школах и менять курс философии в университетах, но как ? он не знает. И самое главное его затруднение, ? зачем, собственно изучать философию? Что, спрашивал он меня, теряет человек, не знающий логики, физики, этики? Мне тут ответ представляется очевидным: не имея десяти рублей, нельзя их и потерять. Но если есть желание истины, ? то почему бы не причаститься философских исследований, концептуального анализа возможных ситуаций?

Но, я чувствую, что нет во мне силы говорить об этике как о философской дисциплине, а не о идеологической прививке, исторически изменяемых нравах, этиологических стратегиях кооперации и приспособлении. Пусть этика - желток или яблоко в саду, но что, если у кого-то аллергия, и он просто наслаждается формой (скорлупой-логикой) яйца или тенью от дерева физики? Подобная слабость, однако, в философских кругах считается силой по крайней мере со времен выхода «Генеалогии морали». Ведь именно неспособности к чему-то порождает возможность спорить, критиковать, исследовать неподдающийся предмет (как неспособность Пирса и Витгенштейна к орфографии породила соответствующие теории язык). Подобное борение и есть протест, ? начало всякого движение (отрицания покоя).

Абзац выше, конечно, являет из себя ничто иное, как сомнительный риторический прием. Теперь же правила затеянной языковой игры требуют высказать некоторый тезис, после чего можно будет продолжить кружить тропологические па и далее, рисуя наскучить внимательному и желающему истины читателю. Пусть позитивные тезисы относительно предмета рассмотрения несколько устарели, но философия вообще предприятие не слишком модное:

этика протеста имеет смысл только как этика истины.

То есть каждый раз, когда я чем-то недоволен, и рискую ради этого возвысить свой голос, ? я претендую на обладание некоторым правом это делать. Но что оформляет это право? Моя верность некоторой истине. Иначе протест не имеет нужной ему силы, не имеет цели и протестом-то не является. Ведь не назовем же мы протестом грызню крыс за кусок еды. Другой пример. Представим себе студента, которому откровенно лень писать курсовую работу. И даже по благородным причинам лень, ? у него, положим, полное собрание Пруста не дочитано, аэроплан не собран, подарок века девушке не куплен, скоро фехтовальный турнир, к которому интересно готовиться. Но во всем этом нет никакой истины, которая бы поработила студента целиком. И поэтому он откладывает все и пишет курсовую работу, скрепя сердце. Можем ли мы назвать металл, удерживающий бурную мышцу, скованным из протеста и закаленным в социальной ненависти? Можем ли мы назвать протестом бунт сытых (термин Стругацких), у которых общая с властями истина: успешным дальнейший успех, а неуспешные существуют, как зло в неоплатонизме. И тут мы обнаруживаем первый и второй пределы любого протеста ? область действия истины и верной этой капризной даме. Ясно, что если истина математическая, то к политическом протесту она не ведет. Верность же истине является необходимым условием продолжение действия под ее дланью.

Искушенный читатель уже вздохнул, конечно, от удовольствия узнавания подписей на концептах. Конечно, речь идет о этике Алена Бадью, самого именитого французского философа наших дней. Позволю себе тезисно изложить ее.

Бадью начинает с критики всякой общей этики, именем которой в наши дни является этика Другого и толерантность. Ссылаясь на Жака Лакана, философ показывает, что отождествление себя с другим во имя способности сопереживать ему, с одной стороны является нарциссизмом, а с другой ? агрессией [1:39]. В самом деле, сочувствие зачастую оказывается желанием впихнуть Другого в свою шкуру. «Становись как я, и я буду уважать твое отличие» [1: 44]. Поэтому нежный европейский интеллектуал готов наслаждаться плясками негров экваториальной Африки, но совершенно не готов допустить у них каннибализма. Отдельной бедой этики Другого оказывается неспособность назвать добро и действие только в условии зла [1: 50].

Если нет никакой общей этики, кроме как этики неудержимой экстраполяции своих представлений на весь мир, то что нам остается? Ответ Бадью: этика частных истин [1:10]. Процесс истины начинается с события, которому я провозглашаю верность. «Быть верным событию означает продвигаться в ситуации, пополненной этим событием, осмысляя ее «согласно» событию» [1: 65]. Грубо говоря, если я влюбился, стал сторонником Октября, нащупал новые пути в живописи или в доказательстве гипотезы РНК-мира, то, по мысли Бадью, буквально вся _моя_ жизнь должна измениться. Истина же, которая питает мои действия, и есть, буквально, верность этому событию. Поэтому, такая истина существует только в ситуации действия, ? и больше нигде. Нет какого-то неба вечных истин. Поэтому разрыв, который учреждает истина, имманентный [1: 66]. Что это значит? А это значит, что истина чужеродна знанию (наличному положению дел). Если ты хранишь верность истине, то ты просто не можешь не протестовать против того, что ты видишь перед собой. По Бадью, это, соответственно, имеющееся положение дело в романе, политическая ситуация, имеющееся научное знание и популярность какого-то метода в искусстве.

Не может, однако, так быть, что то, что я себе истиной назначил, то и есть. На такой субъективизм математик Бадью пойти не может. Поэтому создается набросок теории зла, крайне запутанный и туманный. В целом Бадью можно понять так: истина то, что относится к подлинному событию. Подлинное событие ? то, что именует некоторую пустоту, а не полноту (скажем, Французская революция утверждает свободу для всех (а значит ни для кого), а фашизм сразу называет свою полноту, ? нация). «Все взывания к почве, крови, расе, обычаям, общине работают прямо против истин, а именно эта совокупность именует врага в этике истин». Вторым критерием отличия Бадью называет абсолютизацию: она есть только в лжесобытиях [1:120]. Не ясно, правда, как это согласуется с положением о том, что вся жизнь меняется от истины. Дело в том, что в истине есть некоторое неименуемое, которое истина не может вынудить быть. Как это понимать, Бадью объяснять не собирается. Видимо, потому, что это само по себе было бы абсолютистским жестом.

Насладившись звонким полетом левой французской мысли в излишне беглом ее изложении, в приятном соответствии с методом «стрельбы по-македонски» и духом прагматический философии, укажем на очевидные пробелы этики истины, переносящиеся и на этику протеста.

(1) Представляется совершенно неясным, как в обществе людей, следующих этике истины, возможен консенсус. А раз так, то, вспоминая соответствующий классический ход Канта, само понятие «этики» оказывается самопротиворечивыми и разрушаются.

(2) Нормативная теория зла имеет два недостатка, кроме уже указанного

- начиная с критики нормативной этики, Бадью в итоге составляет свои собственные нормы .

- Критерий пустоты / полноты представляется совершенно невнятным. Ведь событие называет одновременно и полноту, и пустоту, это понятно из простых правил логики (определить значит ограничить). Кроме того, готов ли лидер маоистов Бадью сказать, что Октябрь, называющий свою полноту пролетариатом, и исключающий капитал, церковь и отсталость, лжесобытием?

(3) Но совершенно провальным оказывается для Бадью обращение к Гегелю [1:15]. Зря он называет его впечатляющим. Тот, конечно, является таковым, но для концепции Бадью эти впечатления оказываются просто убийственными. Этика французского философа ? приятный объект для шуток любого любителя Гегеля (например, питерского коллеги, фигурирующего в начале эссе) и просто хорошего диалектика . Левацкий пафос первого оказывается просто смешным при столкновении с соответствующими разделами «Феноменологии духа». Нет смысла пересказывать тут «впечатляющую» теорию, изложенного в разделе «Дух». Стоит заметить, однако, основное противоречие, которое питает построение Гегеля: нравственное воспитание схватывается одновременно во всеобщности (закон) и в единичности (самосознание духа) [2: 346-347]. Уклоняясь от подробного анализа сложного текста, сразу перейдем к частностям Гегеля, грозящим Бадью могилой:

(1) Именно могилой, потому что та всеобщность, которую достигает отдельное лицо как таковое, есть чистое бытие, или смерть [2: 351]. Нравственность есть дух в его непосредственной истине, ее раскрытие одновременно открывает и божественный закон (положительный) и сферу субъективного (негативный). Этика частных истин Бадью, вместе с интеллигентской этикой личной ответственности, отказывается лишь частным случаем нравственности, причем совершенно негативным. Это есть третий предел протеста, которого мы немного коснулись в моем первом возражении Бадью.

(2) Конечно, Бадью прав, что «нравственность по существу состоит в решительности» (362). Но идет ли речь у Гегеля о верности любви, Октябрю, методу нарезков или дарвинизму? Конечно, нет. Это момент выбора между божественным законом и человеческим, выбор того, что будет сущностью. Но это несчастный выбор, когда дерзновенное самосознание узнает свой предел, узнает его в конфликте. Неудивительно, что сразу за этим в «Феноменологии» раскрывается понятие вины. Чтобы моральное сознание действительно стало, как и должно, в-себе, оно должно столкнуться с природой Другого. Нужно ли для этого продираться сквозь сложнейший текст Гегеля или достаточно понимать принцип работы триады для-себя – для-нас – в-себе, излагающийся в начале работы, ? вопрос эстетический.

Итого, протест есть необходимый момент самосознания, где оно осознает другие сознания и действительность как свою границу. Как момент он должен быть снят, и снимается именно моментом «для-нас». Так, гегелевски звучит наша мысль о консенсусе. Протест есть претензия. Но больше ничего в нем нет. Чтобы развитие продолжалось, нам хорошо бы иметь что-то еще. В этом и являет себя, по Гегелю, неморальность морального сознания. Вот почему необходим уровень нравственности. Конечно, для Бадью было удобно, спасая свою концепцию (а не на секунду нельзя предположить, что он обманут сам собой, и не понимает того, что способен ему противно менторском тоном и грубым стилем адресовать школяр), указать на нетотальность истины и на неназываемое. Но дело-то в том, что пытливый читатель, перейдя по ссылке к Гегелю, узнает имя этого «неназываемого» ? действительность [2: 478].

И тут нельзя не вспомнить моральную дилемму любого борца с системой, обсуждаемою и Лукачем, и Лениным, и целой армией левых мыслителей. Как можно быть честным левым, если ты ? плоть от плоти из буржуазного мира? Как ты можешь построить истинную теорию, совершить моральный поступок, если болен товарным фетишизмом, от которого чисто онтологически не можешь избавиться. Не случайны тут и рассуждения Терри Иглтона о различие элиты и авангарда . Тезис такой: «элиты пытаются увековечить себя, тогда как авангард стремится к самоуничтожению». Странно, что этой проблемы не видит перед собой левак Бадью. Герой его этики ? голливудский герой. Рей из «Возвращения героя» («20 миллионов долларов за то, чтобы ты отвернулся!»), Роршах из «Хранителей» («Никаких компромиссов перед лицом Апокалипсиса»), социальный активист и правозащитник Барт Симпсон («Красти не мог этого сделать» ). Неужели Бадью не видит, что первый ? перетертый отчуждением и профессиональной деформацией стареющий Терминатор, второй ? сумасшедший фашист, третий ? испорченный телевидением, не имеющий достойного мужского идеала, неполучающий дома тепла ребенок, истинность суждений которого в условиях сюжета целиком есть «истинность» ситуации Гетье?

Словом, уточнение третьего предела будет простая житейская мудрость: не будь там, где удар, сохраняя верность своим убеждениям. Тут нет какого-то оппортунизма, тут есть политический расчет и стратегия. Оппортунизмом, например, был бы для Ленина, отказ от своевременного сотрудничества с эсерами. Оппортунизмом являются и революции в белых перчатках. Возможно, если этот третий предел и может быть качественно промыслен, то именно с помощью опыта тех лет, опыта кубинской и китайской революции, опыта партизанских войн в Боливии и Конго, опыта всех тех, кто проводил настоящий протест, а не его приятную для биографии имитацию.

Литература

[1] А.Бадью. Этика. MACHINA. Петербург, 2012

[2] Г.В.Ф. Гегель. Феноменология духа. М. Академический проект, 2008.

Комментарии

Аватар пользователя Софокл

Но если есть желание истины, ? то почему бы не причаститься философских исследований, концептуального анализа возможных ситуаций?

Действительно, где еще можно найти истину, как не потолкавшись на базаре философских концептов? Там есть истины на всякий вкус.

Но, я чувствую, что нет во мне силы говорить об этике как о философской дисциплине,

Очень правдивая ремарка.

Абзац выше, конечно, являет из себя ничто иное, как сомнительный риторический прием

Несомненно, последнее утверждения уступает по своей ценности предыдущему.

именно неспособности к чему-то порождает возможность спорить, критиковать, исследовать неподдающийся предмет...борение и есть протест, ? начало всякого движение

Нет, это начало поисков, но поиски еще не начало истины. Поиск может быть и остаться пустоцветом.

этика протеста имеет смысл только как этика истины.

Это вряд ли. Нет персональной истины. Истина одна и единственна. Персональны лишь ее интерпретации. Настоящая Истина всеобща. И как всеобщность персональна для субъекта. Субъект обнаруживая Истину принимает ее как свою сущность. Таким образом самое всеобщее это самое персональное. Собственно на этом можно поставить точку.

Аватар пользователя Философское кафе

Это вряд ли. Нет персональной истины. Истина одна и единственна. Персональны лишь ее интерпретации. Настоящая Истина всеобща. И как всеобщность персональна для субъекта. Субъект обнаруживая Истину принимает ее как свою сущность. Таким образом самое всеобщее это самое персональное. Собственно на этом можно поставить точку.

хочу напомнить, что термины значат нечто в зависимости от контекста(: разбирая Бадью, я пользуюсь его терминологией.

Аватар пользователя Софокл

хочу напомнить, что термины значат нечто в зависимости от контекста(: разбирая Бадью, я пользуюсь его терминологией.

Нет проблем! Как вам будет угодно. Это я по своей наивности полагаю, что разбор сочинений автора должен быть связан со стоящей перед человеком проблемой....

Аватар пользователя Философское кафе

и как вы поняли проблему, которую анализирует Бадью?

Аватар пользователя Софокл

Я не понял проблемы, которой анализирует Бадью. Я не читал Бадью. Познакомился только с вашим изложением. Этика протеста? Вы меня извините, но я не знаком с подобной проблемой. Точнее передо мной не стоит такой проблемы, а потому я считаю ее высосанной из пальца. Впрочем, если под этикой понимать нормы регулирующие поступки, то ход ваших и Бадью мыслей возможен. Он может интересовать многих, но не меня. Протест основан на истине? А какое имеет отношение Истина к протесту? А, человек чем-то недоволен, а значит он выразитель истины? Ну, знаете, сначала бы не мешало обосновать все представленные ходы мысли. То что пишите вы это лишь немного вероятный ход событий. С таким же успехом можно подставить более менее убедительные слова и под противоположный образ мышления.

Если нет никакой общей этики, кроме как этики неудержимой экстраполяции своих представлений на весь мир, то что нам остается? Ответ Бадью: этика частных истин

Я думаю, что общая этика существует и она называется "бытие". Когда мы разворачиваем эту категорию, то становится ясным какие поступки этичны, а какие нет. Этика абсолютна, как абсолютно и само бытие. Читая "бытие" мы понимаем, как возникает множество решений, способов бытия. Так ведь тот кто живет не по истине, тот за все и платит. А живущего по Истине, какие бы трудности не подстерегали, они всегда будут лишь очередным испытанием, а не финалом бытия.
Мне не понятна мысль:

само понятие «этики» оказывается самопротиворечивыми и разрушаются

Да, в мире, где есть борьба мнений, там этике приходит конец. Каждый норовит сочинить свою этику. Так совершается процесс ухода от бытия к существованию. А где каждый за себя, там нет места общезначимому. Но ведь это не означает, что бытие исчезает? Оно просто перерождается в свой эрзац. так и живет человек в страхах и предрассудках, которые, тем не менее обоснованы. Только неведомы такому человеку полнота бытия, его Радость. Этот человек во всем сомневается, всему требует обоснования. Он недоверчив. Вот и создает различные "этики", чтобы заполнить свою пустоту "правильными событиями".
Особенно в вашем анализе, КАФЕ, мне понравилось как вы не при минули ущипнуть Бадью, за "провальное обращение к Гегелю"! Тем самым вы продемонстрировали "протестную научную этику". М-да... эх этика, этика! Одна беда с ней!

Аватар пользователя Философское кафе

А, человек чем-то недоволен, а значит он выразитель истины

я просто еще раз обращаю внимание на способы, которыми организуется референция термина.
Истина, по Бадью, - это событие, которому хранится верность.
Если вы выражаете протест, то значит, вы храните верность некоторой истине. Например, истине о 1991 годе, - и тогда вы становитесь белолетночником. Если же вы, напротив, полагаете, что это время открытого захвата власти удачливой частью номенклатуры, то протест ваш будет иным образом организован. Например, через верность Октябрю.

Я думаю, что общая этика существует и она называется "бытие".

и какова максима этой общей этики? жить по бытию?

Аватар пользователя Софокл

Истина, по Бадью, - это событие, которому хранится верность.

Но ведь этот тезис демонстрирует невменяемость мышления! "Событие, которому хранится верность"! Не принцип, не убеждение, не идея... событие!

жить по бытию

В общем то, ДА. Просто надо расшифровать этот тезис и он обретет сторонников, тут же. А в таком урезанном виде, он прекрасная мишень для насмешек.

Аватар пользователя Философское кафе

Но ведь этот тезис демонстрирует невменяемость мышления! "Событие, которому хранится верность"! Не принцип, не убеждение, не идея... событие!

знаете, я думаю, что Бадью бы сказал: да-да, именно невменяемость. Мышление, верное некой истине, - это то мышление, которому мы не можете нечто вменить, это в буквальном смысле мышление сумасшедшего, того, кто отдает себя во имя истины.
А что вас, собственно, так удивило в событии? это же старая тема, с Хайдеггера до Нанси и дальше.

В общем то, ДА. Просто надо расшифровать этот тезис и он обретет сторонников, тут же. А в таком урезанном виде, он прекрасная мишень для насмешек.

простите мне, если показалось, что я насмехаюсь. и в мыслях не было.
так расшифруйте?

Аватар пользователя Софокл

А что вас, собственно, так удивило в событии?

Да нет, не удивило. События, факты..., что только перебирается для объяснения человеческих поступков... все внешние истины. Почему с Хайдеггера - то? Что он родоначальник методологии познания? У него не событие, а со-бытиё. Событие это неокантианство Философия истории Риккерта....
Расшифровать вряд ли вот так сразу получиться. Надо подумать. Да и саму максиму как-то сформулировать. Возможно ее можно выразить одним словом-призывом: "быть"! Быть по настоящему, а не по мнению, быть, а не прозябать. Вдыхать полной грудью свое бытие, а не искать обоснования своим временно-преходящим проблемам и решениям. Фактически речь должна идти об актуализации в каждом отдельном человеке "принципа" бытия: дарить свои способности и таланты без остатка и без оглядки. Быть светящим факелом. Эта наполненность бытия, где сам себе ты не принадлежишь и которой нет без твоего усилия-участия есть эманирующая гармония света и Радости. В этом заключен принцип обоснованности и самовоспроизводства бытия.

Аватар пользователя Фристайл

Контексты, контексты...
Вам не кажется, что вы девальвировали и мистифицировали истину одновременно?
Истина случается в логике, то есть в глубокой абстракции, когда мы отключились от всех подробностей, ну и давай жонглировать словами. Истины в реальном мире нет по определению, поскольку никакие слова или их наборы по определению не могут соответствовать реальности. И чтобы мы о ней, родимой, ни говорили, все будет не истинно.
Хранить верность какой-то истине - от фанатизма. Ну если не было никакой истины, и мы ни черта знать не можем до конца о реальности, тем более сохранить во всем объеме воспоминания о каких-то событиях, то можно лишь абсолютизировать свою какую-то простенькую выдумку об этих событиях (типа с Лениным тащили бревно на субботнике человек 20, если верить всем воспоминаниям). Эта выдумка тем более истиной быть ну никак не может.
Вы ж врач, и хоть у вас другая специальность, но слова из психиатрии для всеобъемлющей характеристики такого типа неадекватного поведения подобрать точно сможете.
Кстати, психиатрический диагноз - тоже неистинен.

Аватар пользователя Философское кафе

я верно понял, что это под моем комментом Ваш коммент?

Истина случается в логике

вы понимаете, что значение слова "валентность" в синтаксисе, матлогике и химии = разные вещи? Бадью просто так употребляет слова. Да, в логике. Но Бадью про другое говорит(:. По Бадью истина и знания - вещи ровным счетом противоположные. Истина опровергает все знания, а знания стремятся погасить истину. Просто посмотрите оригинальный текст, он очень короткий и емкий, если уж не хотите "Бытие и событие" читать.
право, несколько странно получается: я вроде Бадью ругаю, но приходится его оправдывать(:

Хранить верность какой-то истине - от фанатизма

а что плохого в фанатизме? все великие истории любви, великие политически свершения, великие научные открытия и великие повороты в искусствах совершались фанатиками. Вы скажите: так ведь есть много простых историй, так ведь гибли люди, так ведь и так в науке было неплохо и искусство это современное понос. Может, я не прав, и вы этого не скажете, но это логичный ход для осуждающего фанатизм.
Но ведь обычные истории любви выстраиваются на материале великих (не случайно Бонни и Клайд не сходят с уст "обычных" героев фильмов, то же с романом Кента и Лэйн, или шекспировскими персонажами, или Тристном и Изольдой, или Осирисом и Изидой, да хотя бы Петром и Февронией). Люди гибнут от посредственных правителей много больше, чем в годы революций или репрессий, просто это не так заметно, не так быстро. Просто при капитализме они гниют на заводах, а при революции умирают на поле боя (это не лучше, но количественно также, а то и меньше). С наукой и искусство тоже самое.

Вы ж врач, и хоть у вас другая специальность,

Я не врач. С чего вы взяли? Или все же коммент был не мне?

Аватар пользователя Фристайл

ОшиПка с врачом. Надеюсь, не обидел?
Не читал я Бадью, и позывов прочесть не будет. Вы во всем виноваты, поскольку создали в моих глазах антирекламу.
Истинно, ИМХО, вовсе не то, что написал Бадью, или какой-угодно другой авторитет. Истинными бывают высказывания только в логике, ибо истина введена в ней в качестве и постулата и термина.
Уже в силу этого исходя из того, что мы здесь - не апологеты пресловутого Бадью, а имеем право высказывать свои собственные мнения, отличные от его, можно смело заявить: глупость он написал. А повторять и возводить в ранг незыблемости чужую глупость, может и принято у отдельно взятых лиц, ошибочно именующих себя философами, но несовместимо с любовью к мудрости.
Итак, кто-бы чего не писал, но ваше высказывание "Истина опровергает все знания, а знания стремятся погасить истину" не выдерживает элементарной критики", не имеет ни малейшего обоснования.
Ваши диферамбы в отношении фанатизма вызывают оторопь: неужели всерьез?
Фанатизм и мудрость - вещи несовместные.
Про любовь комментировать не собираюсь, лирика по определению не для ума, а великие научные открытия совершались вовсе не фанатиками. Приведите обратные примеры, тогда и обсудим.
Великие политически свершения, - это какие, например? Взрывы шахидов в толпе ни в чем не повинных? Октябрьский переворот 1917 года? Если так, то у нас явно несовместимые взгляды на добро и зло.

Аватар пользователя Философское кафе

ОшиПка с врачом. Надеюсь, не обидел?

конечно нет

Истинными бывают высказывания только в логике, ибо истина введена в ней в качестве и постулата и термина

то есть валентность - это только в химии? в лингвисты не правильно ее трактуют?

апологеты пресловутого Бадью, а имеем право высказывать свои собственные мнения, отличные от его, можно смело заявить: глупость он написал.

Этика Бадью довольно изящна, мила сердцу любого левака, но имеет свои пределы, указанием которых он не озаботился. называть ее глупостью, не читая и на том основании, что он термины иначе использует, - ну как-то нехорошо, я думаю.

Истина, о которой пишет Бадью, действительно опровергает знания. Это легко показать для каждого из четырех регионов, о которых пишет Бадью: любви, науки, искусства и политики.

Приведите обратные примеры, тогда и обсудим.

а кем же совершались научные открытия? Любой стандартный пример из истории науки: Галилей (подлинный мракобес, отстаивающий теорию, которую не может доказать с помощью инструмента, чей статус он не может обосновать), Ньютон (посмотрите, как он ругался с Лейбницом, как громил все в обществе), Пастер, Мечников, Кох...ну и т.д. Все они были фанатично уверены в том, что именно им удалось поймать истину за хвост, даже если на какой-то момент жизни доставало доказательств, и они с этой истиной ломились во все двери.

Великие политически свершения, - это какие, например?

Если бы вы читали, то знали, что у Бадью есть критерий различия подлинного и неподлинного события. Я думаю, что критерий плохой. Но не потому, что мне не нравится то или иное событие, уж простите(:.
А Октябрь и правда нечто особенное и великое.

Аватар пользователя Сергей Александров

Истина, по Бадью, - это событие, которому хранится верность.

Я кажется понял Вашу мысль, вернее мысль Бадью.
Только тогда , в моей интерпретации, необходимо переосмыслить понятие Истина.
Истина тогда это особенное состояние человека, которое может возникнуть в определённой ситуации. И хранит верность в таком случае человек именно этому состоянию. Чтобы понять , о чём я говорю:
http://philosophystorm.org/sergei_aleksandrov/2860
и http://philosophystorm.org/sergei_aleksandrov/2865
Однажды пережив состояние Истины, я стремлюсь его вернуть, и именно в этом и есть Смысл моей дальнейшей жизни. То есть любое моё отклонение по слабоволию, по мимолётной прихоти я внутренне буду рассматривать как предательство. Да , здесь присутствует этическое. Тем боле что, интериоризированное стремление к определённому состоянию, превращается в интенциональность, и переходит в бессознательное.

Аватар пользователя Фристайл

Сергей Александров пишет:


Однажды пережив состояние Истины, я стремлюсь его вернуть, и именно в этом и есть Смысл моей дальнейшей жизни.

 

Хм.
Вы пережили некое неописуемое состояние, некоторые называют его озарением, вы - Истиной. Что-то неописуемое происходило раз и со мной, что-то знаю из рассказа друга. А вот если вам это повторить не удастся, ваша последующая жизнь - бессмыслена?

Аватар пользователя Сергей Александров

А вот если вам это повторить не удастся, ваша последующая жизнь - бессмыслена?

Именно ЭТО я вряд ли переживу. Нельзя войти в реку дважды. Приведу такую тупую аналогию.
В течении дня Вы можете несколько раз проголодаться и столько же насытиться. И всякий раз испытывая голод, Вы стремитесь насытиться, вам не важно чем, и не обязательно тем же самым, чем насыщались до этого, то есть испытать точно такое по состоянию насыщение Вам вряд ли удастся, хотя Вы всякий раз идёте на кухню и насыщаетесь.
Так и с Истиной. Да Смысл жизни испытать целостное состояние Истины.
Аналогия :
Смысл жизни - чувство голода
Истина - состояние сытости
Естественно предыдущие пережитые эти состояния откладывают свой отпечаток, и создают образ "кухни". Но в принципе , если я "насыщусь" не на "кухне" , то это не важно для моего "вновь пережитого состояния .

Аватар пользователя Философское кафе

да, нечто подобное описывает и Бадью.
Другой вопрос - как перенести это на сообщество, где пределы такой этики и как различать событие от лжесобытия.
я думаю, тут Бадью проваливается по всем трем пунктам.

Аватар пользователя Сергей Александров

Субъективное , а зачастую бессознательное этическое на общество в лоб не перенесёшь. Только если применить такой лозунг: Каждый имеет право на своё состояние Истины и на реализацию своего Смысла Жизни. Почти такой лозунг у приверженцев философии Жизни. Более того более качественным сообщество будет считаться то, где люди чаще бывают в состоянии Истины. И тогда надо исследовать при каких внешних обстоятельствах возникают эти состояния. И здесь могут быть разные мнения. Например, я считаю, что основным таким обстоятельством будет фон доверия в обществе. При принятии этого фактора как основного можно сделать скачок понимании этического с внутреннего к внешнему. Например, если в конкретной семье, или другой малой группе достаточный доверительный фон, и присутствует взаимоуважение и взаимопонимание, то у членов этой группы чаще возникает состояние Истины и реализуется Смысл жизни.
Но это моё мнение.

Аватар пользователя Философское кафе

когда я говорил про согласие, то имел в виду, что большая часть истин (того, что так называет Бадью) не невинны и небезобидны. Например, верность событиям 68-ого года.

Аватар пользователя Сергей Александров

Я старался.

Аватар пользователя actuspurus

1. Этика протеста может быть любой. А вот этика истины не может не быть одновременно и этикой протеста. Но лучше, и как мне кажется, правильнее говорить не о протесте (в котором звучит интеллигентская нерешительность и половинчатость), а об этике действия (этики активизма). Если я знаю истину, я не могу не действовать в соответствии с ней.
2. Проблема истины была всегда одновременно и проблемой насилия. Если я в истине, а Другой - нет, то я имею моральное право и даже долг солидарности - сообщить об этой истине Другому. Проблема начинается тогда, когда этот Другой сам заявляет о своей истине и сам активно агитирует за нее. Так возникают религиозные, идеологические и прочие конфликты и войны.
3. В чем залог мира политеизма? В том, что различие истин (Богов) не носило характер взаимного неприятия - у каждого свой Бог. Но когда на авансцену истории выходит единобожие, один Бог (одна истина) - насилие становится повсеместно нормальным явлением. Не может быть других истин, поскольку Бог один.
4. Вы пишете:

Если нет никакой общей этики, кроме как этики неудержимой экстраполяции своих представлений на весь мир, то что нам остается? Ответ Бадью: этика частных истин

Это проблеме преодоления эгоизма в этике, которая аналогична проблеме преодоления субъективизма в метафизике. Или мы может выйти к объективности мира и тем самым наш субъективизм оказывается только формой в которой мы постигаем саму суть дела, или мы застреваем в сфере субъективности и оказываемся буквально отрезанными, пределом замыкания которого является концепция солипсизма. По аналогии с этим, такова же судьба этики. Или мы замыкаемся в эгоизме и у нас нет возможности выйти к Другому, а всякий Другой для нас всегда будет иная версия нас самих, или мы все-таки можем прорваться через эгоизм к истинному взаимодействию с Другим как Другим.
5. Этика - это всегда этика по отношению к Другому. Никакой другой этики нет. Это явствует из того, как мы понимаем что такое добро и зло. Если нет Другого, то мы не может совершить никакого зла или добра. На необитаемом острове для одинокого человека нет никакой этики. Добро и зло - это характеристики нашего намерения (воли, свободы) пользы и вреда соответственно по отношению к Другому.
6. Вы пишете:

В целом Бадью можно понять так: истина то, что относится к подлинному событию. Подлинное событие ? то, что именует некоторую пустоту, а не полноту (скажем, Французская революция утверждает свободу для всех (а значит ни для кого), а фашизм сразу называет свою полноту, ? нация). «Все взывания к почве, крови, расе, обычаям, общине работают прямо против истин, а именно эта совокупность именует врага в этике истин». Вторым критерием отличия Бадью называет абсолютизацию: она есть только в лжесобытиях [1:120].

Частная истина события - это, как я понял, полнота конкретности ситуации в которой мы оказываемся. Эта конкретность противостоит абстрактности этического идеала формальной (абстрактной) этики Канта. Только абстракция может быть всеобщей и только на уровне всеобщности мышления, формальной этики возможна человеческая солидарность и взаимопонимание. Но абстракная этика не может достигнуть добра. Ее добро точно также абстрактно и потому на деле часто является его противоположностью. Добро в целях революционера оборачивается злом в средствах ее достижения. Поэтому если этика стремится к осуществлению добра она должна быть конкретной - стремиться к конкретной реализации добра, даже если в иногда в своей конкретности она даже нарушает общепризнанные этические законы, принципы, заповеди.
7. Вы начали за здравие, а кончили за упокой. Вы пишете:

не будь там, где удар, сохраняя верность своим убеждениям.

На деле вся проблема этики состоит в том, что она застревает в убеждениях, в заповедях, принципах и прочем. Иначе говоря, этика остается формальной. Такая этика рассуждает так: в любых ситуациях правы мои идеалы, а не конкретность жизни. Слабость любой классической этики именно в этом. Она считает, что нарушение своих идеалов есть предательство, не понимания, что идеалы - это абстракция, а речь идет о конкретности убегающей жизни.
Настоящая этика должна покинуть область абстрактно мышления и стать конкретной. Она должна действовать исходя из конкретности события, примерно так как об этом пишет Бадью. Точно также, как мы осуществляя техническое новшество в процессе его реализации в мире меняем изначальный проект - дополняя и изменяя его в соответствии с конкретной возможностью и эффективностью его воплощения, точно также и в этике мы должны отказаться от этики неизменных идеалов (как бы их не называть: убеждениями, принципами, заповедями, истинами и прочее) и начать реально конкретно действовать в этом мире, совершая добро. Собственно этому и посвящены наши исследования "этики добра", видео которого можно посмотреть на нашем сайте.

Аватар пользователя Сергей Александров

Не могу пройти мимо темы об этики.

Но когда на авансцену истории выходит единобожие,

1. Странно , что большинство видят в христианстве одного Бога, а не Троицу. Христианство, в отличие от иудаизма или ислама, сразу этику, то есть понимание истины, определяет как отношения между личностями. И Три Ипостаси , которые в свои межличностных отношениях выступают Единым Богом это и есть главная Истина христианства и основа этики.
Впрочем Вы об этом и пишите

Этика - это всегда этика по отношению к Другому. Никакой другой этики нет.

2.

Или мы может выйти к объективности мира и тем самым наш субъективизм оказывается только формой в которой мы постигаем саму суть дела, или мы застреваем в сфере субъективности и оказываемся буквально отрезанными, пределом замыкания которого является концепция солипсизма.

Здесь есть проблема. У нас нет никакой возможности проверить , а объективность ли мы собственно описываем в той или иной форме. Но опять же , если вспомнить, что в основе этики лежит отношение к Другому, то это отношение Другой будет считать добрым или злым , только опираясь на своё понимание добра и зла. И нам его не обмануть. И если мы хотим описать некую объективность этих отношений, то нам следует знать, как Другой может понимать тот или иной акт, то или иное сообщение по отношению к нему. Но тогда о какой объективности может идти речь, это ведь не субъект-объектные отношения. Здесь тогда речь идёт об межличностных отношениях.
3.

Поэтому если этика стремится к осуществлению добра она должна быть конкретной - стремиться к конкретной реализации добра, даже если в иногда в своей конкретности она даже нарушает общепризнанные этические законы, принципы, заповеди.

Хорошо сказано. Но может стоит разделить этику и нравственность. И тогда человек ради личного этического нарушает общепризнанное нравственное.
4.

Слабость любой классической этики именно в этом. Она считает, что нарушение своих идеалов есть предательство, не понимания, что идеалы - это абстракция, а речь идет о конкретности убегающей жизни.

Полностью согласен. Но вот Вы использовали слово "предательство". На мой взгляд , настоящая живая этика, избегающая идеализации принципов, мыслит не в категориях добра и зла, а категориях доверие и предательство. Кстати Адам совершил по отношению к Богу не зло, а предательство.

Аватар пользователя Бронза

=5. Этика - это всегда этика по отношению к Другому=

Странное для меня положение. Зачем отрицать этичность в действиях отшельника? Тем более, одинокого островитянина ;)

Этика ж это просто учение о достижении блага. Каждый волен искать себе путь сам. Другое дело, что сообща верней и надежней.

Аватар пользователя Сергей Александров

Если у отшельника есть отношения с Богом, то тогда в его действиях можно найти этическую составляющую. Если же он безбожник, но тогда её там нет.

Аватар пользователя Софокл

Об отшельнике. Бытие этично, небытие - нет. Почему бытие этично? Потому что бытие это "есть",а "есть" только там, где есть усилие, создание действия, творение и дарение... Бытие это наполняющий фонтан, определенность, осязаемость... Все это возможно только когда есть вектор благого. Благое противоположно не злу или вреду. Благо противоположно равнодушному, неопределенному, инертному, бездеятельному , пустому... Небытие рядом с нами. Это не просто отсутствие, то, чего нет. Небытие это прозябание, бесцельное влачение существования... так что если отшельник это горящий факел духовности, то он этичен, а если подобен камню, то нет. Сказать, что у отшельника отношения с Богом, неточно. Если отшельник в своем бытии подлинен, он этичен, если он лишь видимость существования, то нет. Отшельник подлинен тогда, когда его душа божественна, то есть такая же как и у бытия-бога.

Аватар пользователя Сергей Александров

Бытие это наполняющий фонтан, определенность, осязаемость...

А может бытие это лишь видимость, а не осязаемость. Впрочем у кого что лучше развито.

Отшельник подлинен тогда, когда его душа божественна, то есть такая же как и у бытия-бога.

Вы правы. Впавший в гордыню отшельник это не этично.

Аватар пользователя Софокл

Никто про гордыню не писал. Отшельник с божественной душой выше, подобных вашему, человеческих плевков.

Аватар пользователя Сергей Александров

Конечно выше, но это только его мнение. Для солипсиста других мнений и не бывает. Но что странно, понятие "Выше" в его голове всегда присутствует, только ВЫШЕ над кем не понятно?

Аватар пользователя Софокл

У вас "выше" - сравнение, а у отшельника "выше": ваши плевки его не интересуют, а интересуют только вас. И не надо искажать смысл сказанного. Отшельник с божественной душой не солипсист. Он не замкнут ни в своем сознании, ни в эгоизме.

Аватар пользователя Бронза

Да, мотив удержания бытия это один из главных и у Платона при рассмотрении условий достижения блага. Как не дать уму погрязнуть в равнодушии? Вот почему он парадоксальным образом вводит удоволствие одним из условий. А удовольствие провоцирует ум, ведь он знает, что именно чрезмерное удовольствие ничтожит бытие. Вот потому ум и бодрствует, трепыхается, наращивает бытие... а реально, норовит пройти по лезвию бритвы, обмануть удовольствие. И раз мы живы, жива вселенная, ум выигрывает, ум не спит.

Аватар пользователя Софокл

Приятно иметь дело с умным человеком.

Аватар пользователя Бронза

А если отшельник еретик? ;) А если представление о благе людьми напрямую не соотносится с богами? Как оно было у греков. Или помните пассаж Достоевского - если мне даже с математической точностью докажут, что истина вне Христа (например, она с демиургом), то я пойду не за истиной, а за Христом (цит примерно по памяти).

Не, это все ерунда. Иначе бы не писали про индивидуалисточность древнегреческой этики и Фуко, и наш гуру по этике академик Гусейнов. Само положение это можно оспорить (об этическом индивидуализме), но факт, что этика строилась по-другому. Ну, у Платона написано.

Аватар пользователя Сергей Александров

но факт, что этика строилась по-другому.

Да это факт. Но против рационализма в этике ещё в 19 веке много кто восстал.

истина вне Христа (например, она с демиургом), то я пойду не за истиной, а за Христом

Очень даже правильно, ибо Христос не просто Истина, он прежде всего Искренность, Открытость, Личность. А не математическая точность подсчётов в амбарной книги. Он долготерпелив и многомилостив. Если к нему обратится , тот Он поймёт и простит, а не будет судить по "справедливым"и точным законам кармы. В этом и есть настоящая этика. Неэтично это когда отвернулся и предал, а этично это когда покаялся, доверился и прощён

Аватар пользователя Философское кафе

1. Да, можно и так. Меня интересовал лишь момент в этике действия - этика протеста.
2. И эта проблема сейчас просто будоражит Голливуд и, соответственно, Жижека. Образы Бэтмена и Роршиха тому яркие примеры. Я не уверен, что анализ Жижека тут всегда точен. А может у меня еще просто нет сил сказать: да, насилие всегда сопровождает истину (даже научную).
3. Но проблема политеизма в ином. С одной стороны, он просто не знает истины вообще (как релятивизм). С другой, если он все же говорит, что его плюрализм есть истина, то работает та критика, которую Бадью адресовал этике Другого и мультикультурализму. И исторически это очень видно. Когда появляется Христос и Апостолы, говорящие об Истине, то и политеизм начинает активно искать свое единое (и начинается борьба, появляется Плотин, Прокл и другие фигура, появляются языческие аналоги Христа). Также и современный мир не выносит тех, кто готов сказать: мы есть истина.
4. Я думаю, тут важно, есть есть разные другие. Есть те другие, которые верны той же истине (партия). Другое дело, что я совершенно отрицаю тут всякий эгоизм. Либо это эгоизм религиозного фанатика, который отдает свою жизнь Богу. Все же обычно это называют иначе. Вот Бадью называет это верностью истине.
5. Думаю, нет. Этика возможна по отношению к закону (как у Канта) или к истине, как Бадью. Этика Другого - тоталитарнее этих проектов уже потому, что не признает, скрывает эту свою тоталитарность. И тут Бадью молодец, что раскрывает ее слабые места.
6. Частная истина события - совсем иное. Событие - это не просто пошел за хлебом. Тут нет истины. Но есть события, которым хранят верность. Первая влюбленность, научное открытие, как-то способ накладывать мазок на холст, революция 1917 года, - вот события. И то, как я иду за хлебом, определяется по Бадью, верностью некоторому событию. Если я хочу быть этичным. Событие противостоит, по Бадью, лжесобытию, и тут у него явные проблемы, о которых я уже писал.
7. "в любых ситуациях правы мои идеалы, а не конкретность жизни. Слабость любой классической этики именно в этом." Совершенно согласен. Именно это я писал в конце. Но тут есть тонкая грань. есть трагические ситуации, в которых вы всегда будете виновны: продадите ли вы жизнь, скажем, друга или продадите идеалы. Бадью говорит: продавай друга. Это просто один способ быть виновным. Кьеркегор тут говорит так: "Когда предстоит отлучить дитя от груди, мать чернит ,себе соски: ведь грешно, чтобы грудь оставалась привлекательной, раз дитя не должно получить ее. И дитя думает, что грудь изменилась; а мать все та же, взгляд ее все так же полон любви и нежности, как и прежде. Счастлив тот, кому не приходилось прибегать к более жестоким мерам, чтобы отлучить дитя от груди!".
Словом, тут тонко.
Спасибо за наводку, я поинтересуюсь.
-
Если будет желание, я хотел бы отстоять Канта. Думаю, обвинения его в формализме несостоятельны.

Аватар пользователя Сергей Александров

Бадью говорит: продавай друга.

А затем Вы странно передёргиваете смысл в выложенной Вами цитаты из Кьеркегора.
Кьеркегор это пишет как бы пытаясь разъяснить смысл жертвоприношения Авраамом Исаака. Но если провести аналогию, то мать это Бог, ребёнок это Авраам, а сосок это Исаак.
Сосок в таком случае это идеалы, идеализация(не сотвори кумира), а именно отношения матери и ребёнка это - доверие к Богу( возлюби Господа Своего).
То есть всё с точностью до наоборот - продай идеалы(кумира) и доверься другу (Богу).

Аватар пользователя Философское кафе

аналогия такая: Вера Авраама есть убеждение. Исаак есть друг (сын). Авраам отдает сыну в жертву мнение сына о нем, дабы укрепить его веру, и не предать свою, он становится той самой грудью, которую чернят, тем самым love-hate, о котором пишет Кляйн.
Честно говоря, не думаю, что Бога Авраама можно хоть в каком-то смысле назвать другом.
Впрочем, суть моего замечания не потеряется, если убрать ссылку на СиТ, если она кого-то путает.

Аватар пользователя Фристайл

actuspurus пишет:


этика истины не может не быть одновременно и этикой протеста. Если я знаю истину, я не могу не действовать в соответствии с ней.

 

Вот хорошо бы, если бы вы каждый раз озадачивались: а знаю ли я истину?
А то ведь за преступления Чикатило до его ареста было расстреляно 2 человека.
И ведь правоохранители были просто обязаны действовать на основе личных убеждений.

actuspurus пишет:


Если я в истине, а Другой - нет, то я имею моральное право и даже долг солидарности - сообщить об этой истине Другому. Проблема начинается тогда, когда этот Другой сам заявляет о своей истине и сам активно агитирует за нее. Так возникают религиозные, идеологические и прочие конфликты и войны.

 

Ну и за кем по-вашему правда? За тем, кто сильнее, или громче орет, или кого больше?

actuspurus пишет:


когда на авансцену истории выходит единобожие, один Бог (одна истина) - насилие становится повсеместно нормальным явлением. Не может быть других истин, поскольку Бог один.

 

Когда вы написали слово Бог, вы точно знаете, кого имели в виду?
А ведь ваш сосед за стеной может иметь свои представления об этом.
А я, к примеру, уверен, что ни вы, ни ваш сосед не имеете ни малейшего представления о ком в данном случапе говорите, тем более не имеете отношения к истине. Но вы то точно решили, что знаете истину, и начинаете действовать. А мне что делать, если вы реально готовитесь устроить лично мне аутодафе?
И я вооружаюсь другой истиной, что мне моя жизнь дороже чьего-то религиозного фанатизма, вместе с его носителем, ну и пошла заварушка... Скорее всего, в силу моей бОльшей адекватности, моя истина останется жить во мне, а не ваша в вас. Естественный отбор, отбраковываются лица с неустойчивой психикой, склонные к фанатизму.

Аватар пользователя Виктор

Философское кафе,
/отождествление себя с другим во имя способности сопереживать ему, с одной стороны является нарциссизмом, а с другой ? агрессией /

Тождественное потому и тождественное, что неразличимо, то есть у тождества нет никаких разных сторон - "с одной стороны..., с другой стороны...".
Когда сын ударит по пальцу молотком, а отец сопереживая сыну, отождествляя себя с ним страдает, испытывает его боль, то что это? Нарциссизм отца или его агрессия? :)
Это чувство общепринято обозначать словом ЖАЛОСТЬ и в этом чувстве нет ничего кроме самой жалости.
Аналогично и с чувством стыда, которое тоже осознается как страдание, а значит страдающий будет пытаться исключить источник этого страдания, источник душевной боли. Отсюда и протест, когда стыдно за действия другого человека (группы людей). И у такого протеста НЕТ ПРЕДЕЛА. То есть, протест будет продолжаться до тех пор, пока не исчезнет источник вызывающий чувство стыда.

Аватар пользователя Философское кафе

конечно, это нарциссизм отца.
но я понимаю вашу претензию. Дело в том, что речь не идет о таких безобидных примерах, где чтобы это увидеть, нужно кое-чем поступиться, и быть аналитически искушенным. Речь идет о том, что этика другого упирает на это отождествление как на основу, и тогда выходит, что отец просто не может понять, что сын мог специально ударить себя по пальцу, потому что он мазохист. И он высказывает ему жалость, то есть пытается подверстать по свои представления.
То же - с либералами и каннибалами.

Аватар пользователя Виктор

/конечно, это нарциссизм отца./

:)))))))))))))))))))))))))))))
Понятно, вам незнакомы чувства стыда, жалости и уж тем более чувство любви. Удачи вам, "философ"...

Аватар пользователя Философское кафе

вот, собственно, простите, что объективирую вас, но вы сейчас и показываете перформативно, в чем вся слабость этики Другого.
И я очень признателен вам за такой наглядный пример.
(:
Спасибо, и Вам удачи.